Новости О суде Правовые основы Арбитражный процесс Арбитражная практика Документы
  Поиск
Гражданско-процессуальное законодательство
 
Основы каждого государства и фундамент любой страны покоятся на справедливости и провосудии
Мухамад Аззахри Ас-Самарканди

ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ МОСГОРСУДА ОТ 24 ЯНВАРЯ 1996 Г. СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО СПОРАМ, ВЫТЕКАЮЩИМ ИЗ ОТНОШЕНИЙ ПО СТРАХОВАНИЮ

По состоянию на ноябрь 2007 года
     СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО СПОРАМ,
                 ВЫТЕКАЮЩИМ ИЗ ОТНОШЕНИЙ ПО СТРАХОВАНИЮ

       Отношения в   области   страхования    регулируются    Законом
   Российской Федерации  от  27  ноября 1992 года "О страховании"<1>,
   Законом Российской Федерации от 28 июня 1991 года  "О  медицинском
   страховании в  Российской  Федерации" с изменениями и дополнениями
   от 2 апреля 1993 года<2>.
       В соответствии со ст.  3 Закона РФ "О страховании" страхование
   может осуществляться  в   добровольной   и   обязательной   форме.
   Добровольное страхование  осуществляется  на основе договора между
   страхователем и страховщиком.
       Обязательным является   страхование,   осуществляемое  в  силу
   закона. Виды,   условия   и   порядок   проведения   обязательного
   страхования определяются   соответствующими   законами  Российской
   Федерации.
       Согласно ст.  1 Закона "О медицинском страховании в Российской
   Федерации" данный Закон регулирует отношения как по обязательному,
   так и по добровольному медицинскому страхованию.
       Нормы, регулирующие отношения  по  обязательному  страхованию,
   содержатся в  22 законах Российской Федерации и в 21 правовом акте
   (Закон РФ от 15  мая  1991  года  "О  социальной  защите  граждан,
   подвергшихся воздействию   радиации   вследствие   катастрофы   на
   Чернобыльской АЭС",  Указ  Президента  РФ  от  7  июля  1992  года
   "О государственном обязательном страховании пассажиров" и др.)<3>.
       Результаты обобщения показали,  что некоторые  суды,  разрешая
   споры, вытекающие   из  договоров  страхования,  руководствовались
   Законом РФ "О защите прав потребителей".
       Решением Бутырского  суда  г.  Москвы  от  8 декабря 1994 года
   удовлетворен иск Д.  к страховой компании "Инко-2000" о  взыскании
   страховой суммы в  размере  400000  руб.  и  неустойки  в  размере
   900000 руб.  Разрешая  данное  дело,  суд руководствовался ст.  29
   Закона "О защите прав потребителей",  исходя из которой взыскал  с
   ответчика  неустойку в размере 3 процента за каждый день просрочки
   выплаты страховой суммы.
       Между тем    спорное    правоотношение    имеет    специальное
   регулирование в Законе РФ "О страховании".
       Указанный Закон (п.  "в" ст.  17) предусматривает  обязанность
   страховщика произвести страховую выплату в установленный договором
   или законом  срок.  Если  страховая  выплата  не  производится   в
   указанный срок,   страховщик   выплачивает  страхователю  штраф  в
   размере одного процента от суммы страховой выплаты за каждый  день
   просрочки.
       Таким образом,  при  разрешении  дела   суд   применил   норму
   материального права, не подлежащую применению.
       Итак, нормы о  страховании  содержатся  во  многих  законах  и
   правовых актах,  однако  в  Законе "О защите прав потребителей" их
   нет.
       Кроме того,    по    содержанию    страховое    обязательство,
   направленное на  возмещение  действительного   ущерба,   а   также
   связанное с  жизнью,  трудоспособностью,  пенсионным обеспечением,
   нельзя отнести к бытовым сделкам,  которые регулируются Законом РФ
   "О защите прав потребителей".
       В производстве  судов  имеются  гражданские  дела  по  спорам,
   вытекающим из отношений по обязательному страхованию.
       Истец П.  обратился в суд с иском к "Росгосстраху" о взыскании
   страховой суммы   и   возмещении   морального   вреда,   мотивируя
   требования тем,  что является инвалидом второй  группы  вследствие
   участия в  работах  по  ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС,  а
   ответчик не выплачивает возмещение ущерба здоровью.
       Эти обстоятельства    по   делу   установлены,   представитель
   ответчика в судебном  заседании  пояснил,  что  причиной  задержки
   страховой выплаты   явилось   непоступление  денежных  средств  на
   указанные цели от финансовых органов.
       При разрешении  данного  дела  суд  признал  требования  истца
   обоснованными, руководствуясь ст. 28 Закона РФ от 15 мая 1991 года
   "О социальной  защите  граждан,  подвергшихся воздействию радиации
   вследствие катастрофы  на  Чернобыльской  АЭС"  (с  изменениями  и
   дополнениями от 18 июля 1992 года),  согласно которой все граждане
   Российской Федерации,  подвергшиеся   радиоактивному   воздействию
   вследствие чернобыльской    катастрофы,    независимо   от   места
   проживания подлежат  обязательному  бесплатному   государственному
   страхованию личности  от  риска  радиационного  ущерба  в пределах
   200-кратной суммы  установленного  законом   размера   минимальной
   месячной оплаты труда на момент их выплаты.
       В период  нахождения  дела  в   производстве   суда   ответчик
   платежным поручением  No.  149  от 31 августа 1994 года перечислил
   страховые суммы в филиал страховой фирмы "Дон" г.  Гуково по месту
   жительства истца и  с  учетом  этого  обстоятельства  решением  от
   27 сентября 1994 года Тверской суд г. Москвы отказал П. в иске.
       Указанное судебное  решение  представляется неправильным,  так
   как признание ответчиком иска не является основанием  к  отказу  в
   иске и  в  силу  ст.  60  ГПК  РФ  не  освобождало суд от проверки
   обоснованности расчетов по выплаченным страховым суммам.
       Основную массу   дел   по   спорам,  касающимся  добровольного
   страхования, составляют иски,  вытекающие из договоров страхования
   интересов вкладчика,  связанных с инвестированием денежных средств
   в различные фирмы и компании.
       В судебной  практике  нет  единообразного подхода к разрешению
   споров данной  категории  в  связи  с  тем,  что  суды  по-разному
   определяют субъектный  сустав страхового правоотношения и правовое
   положение субъектов.
       Как правило,   при   заключении  гражданами  договоров  займа,
   сотрудничества (совместной деятельности) и  т.  д.  фирма-должник,
   осуществляющая прием    денежных    средств    от    населения   в
   инвестиционных целях, выдает гражданам страховой полис о страховом
   обеспечении деятельности фирмы организацией страховщика (страховой
   компанией, обществом и т.  д.) на основании  договора  страхования
   между этими юридическими лицами.
       В связи с  невыполнением  обязательств  по  возврату  денежных
   средств и  выплате  процентов  по договорам займа и т.д.  граждане
   обращаются в суд с иском  не  к  организации-должнику,  являющейся
   стороной в  соответствующем  договоре,  а к страховой организации,
   осуществившей страхование ответственности должника.
       В судебной  практике имеются решения об удовлетворении исков к
   страховым организациям,  о  солидарной  ответственности  страховых
   организаций и  фирм-должников,  а также об отказе в удовлетворении
   исков к страховым организациям.
       Все эти позиции представляют интерес.
       Согласно ст.  5  Закона  РФ  "О  страховании"   страхователями
   признаются юридические   лица   и  дееспособные  физические  лица,
   заключившие со страховщиками договоры страхования либо  являющиеся
   страхователями в силу закона.
       Страхователи вправе  заключить  со  страховщиками  договоры  о
   страховании третьих лиц в пользу последних (застрахованных лиц).
       Страхователи вправе  при  заключении   договоров   страхования
   назначать физических  или  юридических  лиц (выгодоприобретателей)
   для получения страховых выплат по договорам страхования,  а  также
   заменять их   по  своему  усмотрению  до  наступления   страхового
   случая.
       Из приведенной  статьи  следует,  что  закон различает понятия
   лица, в   пользу    которого    заключен    договор    страхования
   (застрахованного), и  назначенного  для получения страховых выплат
   (выгодоприобретателя).
       К какому  из них относится гражданин-кредитор по обязательству
   фирмы, имеющей договор страхования ответственности с  организацией
   страховщика?
       В специальной литературе,  как и в судебной практике по  этому
   вопросу, высказаны различные мнения<4>.
       Решением Измайловского  межмуниципального  суда  г.  Москвы от
   20 декабря 1994 года отказано  в  иске  Б.  к  страховой  компании
   "Инко-2000" о взыскании страхового возмещения.
       Из материалов  дела  видно,  что  истица  8  августа 1994 года
   заключила с  АО  "Транскапитал"  договор  о   сотрудничестве,   по
   которому передала  компании  в  полное  хозяйственное  ведение для
   осуществления совместной деятельности денежные  средства  в  сумме
   100000 руб.   на   условиях  настоящего  договора,  имеющего  силу
   заемного обязательства, с условием возврата суммы и вознаграждения
   по первому требованию.
       Одновременно истице был выдан страховой полис  на  страхование
   финансового риска  по  договору  с акционерной страховой компанией
   "Инко-2000".
       По договору No.  01/94 от 4 августа 1994 года, заключенному со
   страховой компанией   "Инко-2000",   страхователем   является   АО
   "Транскапитал", которое осуществляет выполнение обязательств перед
   инвесторами (юридическими  и  физическими  лицами)  под  страховое
   обеспечение страховщика, то есть АСК "Инко-2000".
       В связи с отказом АО "Транскапитал" возвратить  уплаченную  по
   договору о  сотрудничестве сумму и выплатить вознаграждение истица
   Б. обратилась в суд с иском к страховой компании "Инко-2000" и  АО
   "Транскапитал" о взыскании 100000 руб.  и вознаграждения в размере
   25 процентов.
       Отказывая истице в иске к страховой компании "Инко-2000",  суд
   в решении указал,  что истица  не  является  стороной  в  договоре
   страхования, а  наличие  у  нее  страхового полиса само по себе не
   является безусловным основанием для выплаты страховой суммы.
       Таким образом,  суд  пришел  к выводу,  что истица является не
   застрахованным лицом,    а    выгодоприобретателем,    назначенным
   страхователем для получения выплаты.
       Возникает вопрос:  появляется  ли  у  выгодоприобретателя   не
   только выгода, но и право требования?
       Более последовательную  позицию  в   этом   вопросе   занимает
   Тверской суд   г.   Москвы.   В   связи   с   невыполнением   АОЗТ
   "Гермес-финанс" обязательств по договору займа истец Б.  обратился
   в суд   с   иском  к  страховому  обществу  "Гермес",  являющемуся
   страховщиком ответственности  АОЗТ  "Гермес-финанс",   о   выплате
   страхового возмещения.
       Определением Тверского суда г. Москвы от 30 марта 1995 года Б.
   отказано в  принятии искового заявления по основаниям ст.  129 ГПК
   РСФСР в связи с неподведомственностью.
       В определении,  в частности,  указано, что договор страхования
   заключен между    страховым    обществом    "Гермес"    и     АОЗТ
   "Гермес-финанс". Б.  стороной  в  договоре не является,  поэтому в
   силу ст.  3 ГПК РСФСР у него нет права  на  иск  ввиду  отсутствия
   юридического интереса.
       Если признать,  что  назначение  выгодоприобретателя  является
   только определением  способа  исполнения страхового обязательства,
   на который согласился должник, то позиция Тверского суда г. Москвы
   имеет основания.
       Кассационная инстанция   Московского   городского   суда    не
   согласилась с определением Тверского суда г.  Москвы, определением
   от 26 мая 1995 года его отменила и материал направила  в  суд  для
   рассмотрения по существу.
       Другие суды при разрешении дел данной категории  удовлетворяют
   иски к страховым организациям о взыскании страховых сумм в связи с
   невыполнением обязательств   по    договорам,    заключенным    со
   страхователями.
       При этом  суды  исходят  из  того,  что  договоры  страхования
   заключаются в пользу третьих лиц, а не с исполнением третьему лицу
   (выгодоприобретателю).
       Решением Лефортовского  межмуниципального  суда  от  1  ноября
   1994 года удовлетворен иск П. к страховому обществу "Гольфстрим" о
   выплате страхового возмещения в размере 1 млн. руб.
       Истец обратился  в  суд  с   иском   к   страховому   обществу
   "Гольфстрим" о  взыскании страховой суммы 1 млн.  руб.,  указывая,
   что он заключил с фирмой "Фин-форт-трейдинг" договор займа на  эту
   сумму. Его  займ  был  застрахован  фирмой  "Фин-форт-трейдинг"  в
   страховом обществе "Гольфстрим",  о чем ему выдан страховой полис.
   Заемщик - фирма "Фин-форт-трейдинг" обязательств по возврату долга
   не выполнила, поэтому истец просил взыскать со страхового общества
   "Гольфстрим" страховую сумму в размере 1 млн. руб.
       Удовлетворяя требования истца,  суд в решении  указал,  что  в
   качестве обеспечения   возврата  долга  фирма  "Фин-форт-трейдинг"
   заключила договор страхования со страховым обществом  "Гольфстрим"
   в пользу  П.,  в соответствии с которым СО "Гольфстрим" приняло на
   себя ответственность за риск невыполнения страхователем,  то  есть
   фирмой "Фин-форт-трейдинг",   своих  обязательств  по  заключенным
   договорам о займе денежных средств (п.  1.1 генерального  договора
   страхования No.  11/к  от  13  декабря 1993 года). Факт заключения
   договора страхования в пользу П.,  по мнению суда,  подтверждается
   страховым полисом No. 33/11 от 23 декабря 1993 года.
       Таким образом,  суд признал, что истец является застрахованным
   лицом, так   как   договор   страхования   заключен  между  фирмой
   "Фин-форт-трейдинг" и СО "Гольфстрим" в  его  пользу,  поэтому  он
   приобретает по договору не только выгоду, но и право требования.
       Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств данного дела,
   следует прийти  к  выводу  о  том,  что суд необоснованно принял к
   производству иск П.,  так  как  третье  лицо,  в  пользу  которого
   заключен договор  страхования,  становится его участником лишь при
   наступлении страхового случая, предусмотренного договором.
       Из материалов  дела  следует,  что  договор займа между фирмой
   "Фин-форт-трейдинг" и  П.  заключен 23 декабря 1993 года сроком на
   6 месяцев,  то есть до 23 июня 1994 года.  Страховой  полис  выдан
   23 декабря 1993 года на срок действия договора займа.
       Согласно определению Лефортовского суда г. Москвы от 11 апреля
   1994 года иск П.  принят к производству суда 11 апреля 1994 года и
   назначен к судебному рассмотрению на 14 мая 1994 года.
       Таким образом,  надо признать,  что до наступления  страхового
   случая, предусмотренного   договором,   у  П.  не  возникло  права
   требования.
       Определением судебной    коллегии    по    гражданским   делам
   Московского городского суда от 16 декабря 1994 года  решение  суда
   оставлено без  изменения,  а кассационная жалоба СО "Гольфстрим" -
   без удовлетворения.
       Судебная практика по делам данной категории представлена также
   и третьей позицией,  согласно которой  суды  возлагают  солидарную
   ответственность на   страховщика  и  страхователя  перед  третьими
   лицами по договорам страхования.
       Решением Кунцевского  межмуниципального  суда  г.  Москвы   от
   19 декабря  1994  года  удовлетворен иск П.  к страховому обществу
   "Адриатик" и АОЗТ "Финансовая группа "Конверсинвест"  о  взыскании
   денежных средств и вознаграждения.
       Судом установлено,  что  13  августа 1994 года истец внес в ФГ
   "Конверсинвест" деньги  в  сумме  3  млн.  руб.  и получил вексель
   серии Ф-4 No.  779,  по  которому  ответчик  принял  обязательство
   выплатить  вексельную  сумму  15 ноября 1994 года с начислением на
   нее процентов из расчета 408 процентов годовых,  а  всего  6  млн.
   60 тыс. руб.
       Страховым обществом      "Адриатик"      была     застрахована
   ответственность ФГ "Конверсинвест" за невыполнение обязательств по
   векселю и истцу выдан страховой полис  No.  4/779  от  13  августа
   1994 года на срок действия обязательства.
       В связи   с   невыполнением   обязательств  ответчиками  истец
   обратился в суд с иском к обоим.
       Удовлетворяя требования  истца,  суд взыскал в его пользу с ФГ
   "Конверсинвест" и СО "Адриатик" в  солидарном  порядке  вексельную
   сумму с процентами в размере 6 млн. 60 тыс. руб.
       К сожалению,  мотивы применения солидарной  ответственности  в
   решении не приведены.
       А далее суд,  руководствуясь ст.  437 ГК РСФСР,  ст. 133 Основ
   гражданского законодательства,  п.  4  ст.  29 Закона РФ "О защите
   прав потребителей" взыскал в пользу  истца  с  ФГ  "Конверсинвест"
   неустойку за  пользование  чужими средствами в размере 3 процентов
   от суммы,  подлежащей  выплате  по  векселю  за  время   просрочки
   исполнения обязательства, - 6 млн. 181 тыс. руб.
       Кроме того,  на основании п. 1 ст. 17 Закон РФ "О страховании"
   за просрочку   исполнения  обязательств  страховой  компанией  суд
   взыскал со страхового общества "Адриатик" в пользу истца  штраф  в
   размере 1 процента за  каждый  день  просрочки,  а  всего  1  млн.
   939 тыс. 200 руб.
       Решение суда  по  данному  делу  представляется  ошибочным  по
   следующим основаниям.
       Отношения истца    и   ФГ   "Конверсинвест"   по   вексельному
   обязательству являются   самостоятельными   и   независимыми    от
   отношений между   ФГ   "Конверсинвест"   и   страховым   обществом
   "Адриатик", вытекающих из договора  страхования  в  пользу  истца.
   Договор займа,   оформленный   векселем,   и  договор  страхования
   ответственности векселедателя     имеют     различное     правовое
   регулирование.
       Обязательства, возникшие из договора займа между истцом  и  ФГ
   "Конверсинвест", а   также   из   договора  страхования  между  СО
   "Адриатик" и "Конверсинвест",  нельзя признать обязательствами  со
   множественностью субъектов,  поэтому  из  характера  и  содержания
   данных договоров не следует вывод о солидарной ответственности  за
   их неисполнение.
       Таким образом,  ответственность  за  неисполнение  вексельного
   обязательства могла быть возложена только на ФГ "Конверсинвест", а
   ответственность за    неисполнение    страхового     обязательства
   соответственно только на страховщика - СО "Адриатик".
       Вместе с тем,  хотя это и  спорно,  не  исключена  возможность
   квалификации этих отношений как трехстороннего договора, учитывая,
   что во  всех  случаях  гражданам  выдавались  страховые  полисы  в
   подтверждение заключенного договора.
       По данному  делу  нельзя  также  рассматривать   обязательства
   страховщика - СО "Адриатик" как вексельное поручительство (аваль),
   поскольку последнее   оформляется   в   порядке,   предусмотренном
   Положением о   переводном   и  простом  векселе,  а  не  договором
   страхования.
       Кроме того,    следует   признать   необоснованным   взыскание
   неустойки за   ненадлежащее   исполнение   обязательств    с    ФГ
   "Конверсинвест" и  штрафа  с  СО "Адриатик" одновременно,  так как
   возмещение ущерба    непосредственно    стороной,    виновной    в
   ненадлежащем исполнении  обязательства,  исключает ответственность
   страховщика по  договору  страхования   и,   наоборот,   взыскание
   страховой суммы  в  пользу  истца и штрафа за просрочку исполнения
   страхового обязательства  заменяет  взыскание   в   пользу   истца
   исполнения по вексельному обязательству,  поскольку в соответствии
   со ст.  22 Закона РФ "О страховании" к страховщику переходит право
   требования, которое   страхователь   или   иное  лицо,  получившее
   страховое возмещение,  имеют к лицу, ответственному за причиненный
   вред.
       В процессе обобщения выявлено интересное дело по иску Ф.  и Г.
   к страховой  компании  "Стерра"  о возмещении ущерба и компенсации
   морального вреда.
       Из материалов  дела  видно,  что  истцы заключили с брокерской
   конторой им. Верховного Совета договоры поручения, в  соответствии
   с которыми  поверенный  полученные  от  истцов  денежные  средства
   размещают  заемщику  -  в  данном  случае  ТОО  "Музыкальный центр
   "Аура".
       Последний выдал  истцам  простой  вексель  (соло),  платеж  по
   которому обеспечен  авалем,  то  есть  поручительством   страховой
   компании "Стерра".
       Кроме того,  СК  "Стерра"  выдала  истцам  страховые   полисы,
   подтверждающие страхование     ответственности     заемщика    ТОО
   "Музыкальный центр     "Аура"     по     договору      страхования
   No. 27-кр  и  25-кр от 4 февраля 1993 года и No.  57-кр и 74-кр от
   12 февраля 1993 года между ТОО  "Музыкальный  центр  "Аура"  и  СК
   "Стерра".
       При разрешении  данного  дела  суд пришел к выводу о том,  что
   истцами не соблюдены  правила  вексельного оборота,  так как отказ
   в платеже не удостоверен актом,  составленным в публичном порядке,
   поэтому истцы утратили свои права против векселедателя.
       В связи  с  этим  исковые  требования  истцов суд удовлетворил
   исходя из исполнения договора страхования и руководствуясь Законом
   РФ "О страховании".
       Вместе с тем суд не учел,  что исполнение  по  векселю  должно
   быть произведено  в  мае 1993 года,  а 22 апреля 1993 года договор
   страхования между СК "Стерра" и ТОО "Музыкальный центр "Аура"  был
   расторгнут по основаниям ст. 21 Закона РФ "О страховании".
       В выплате  страхового  возмещения  истцам  отказано по п.  "в"
   ст. 21 Закона в связи с тем, что страхователем ТОО "МЦ "Аура" в СК
   "Стерра"  были  представлены подложные документы и заведомо ложные
   сведения об объекте страхования.
       При изучении дел данной категории обращают  на  себя  внимание
   многочисленные случаи  невыполнения  страхователями обязанности по
   уплате страховых   взносов,   предусмотренной  ст.  18  Закона  РФ
   "О страховании",  с  которой  законодатель   по   общему   правилу
   связывает время вступления договора страхования в силу (ст. 16).
       Однако некоторые суды, разрешая споры, вытекающие из договоров
   страхования, эти   обстоятельства   не   учитывали.   Определением
   судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда
   от 24   января  1995  года  отменено  решение  Бабушкинского  суда
   г. Москвы от 25 ноября 1994 года,  которым удовлетворен иск  К.  к
   страховому обществу "Гермес" о взыскании страхового возмещения.
       Из материалов  дела  следует,  что  20  июля  1994  года истец
   заключил договор взаимного инвестирования с  АО  "Арт-финанс",  по
   которому внес в кассу ответчика 1 млн.  100 тыс.  руб.  сроком  на
   3 месяца,  а  ответчик  обязался  по  истечении  указанного  срока
   выплатить истцу вклад с начислением процентов.
       В тот же день истцу страховым  обществом  "Гермес"  был  выдан
   страховой полис,  удостоверяющий договор страхования имущественных
   интересов истца, связанных с инвестированием денежных средств в АО
   "Арт-финанс".
       В связи  с  невыполнением   обязательств   ответчиками   истец
   предъявил иск   к   страховому   обществу   "Гермес"  о  взыскании
   страхового возмещения.
       Отменяя решение  суда  об  удовлетворении  иска,  кассационная
   инстанция в числе других доводов указала следующие.
       Согласно Закону   РФ   "О   страховании"  договор  страхования
   вступает в силу с момента уплаты страхователем первого  страхового
   взноса, если договором или законом не предусмотрено иное (ст. 16).
       При разрешении дела суд не выяснил,  был ли выплачен страховой
   взнос АО "Арт-финанс" по договору страхования.
       Так, а  заседании  судебной  коллегии   истец   пояснил,   что
   страховой взнос при получении страхового полиса не выплачивал.
       Представитель СО "Гермес" представил справку из банка  о  том,
   что АО  "Арт-финанс"  также  не  выплатило  СО  "Гермес" страховую
   премию.
       При таких  обстоятельствах договор страхования нельзя признать
   состоявшимся.
       В других  случаях суды,  установив неисполнение страхователями
   обязанностей по уплате страховых взносов,  отказывали  в  исках  к
   страховым компаниям о взыскании страхового возмещения,  освобождая
   их от ответственности.
       Решением Головинского  суда г.  Москвы от 23 декабря 1994 года
   Г. отказано в иске к страховому обществу  "Адриатик"  о  взыскании
   страхового возмещения.
       18 июня 1994 года между истцом  и  АО  "Промышленно-финансовая
   компания" был  заключен  договор займа,  по которому истец передал
   ответчику 100 тыс. руб. с обязательством возврата через три месяца
   с выплатой процентов в размере 91 тыс. 500 руб.
       В обеспечение  договора   займа   АО   "Промышленно-финансовая
   компания" выдала истцу страховой полис от СО "Адриатик".
       Иск об  исполнении  обязательств  предъявлен  истцом  к   двум
   ответчикам: АО "Промышленно-финансовая компания" и СО "Адриатик".
       Указанным решением суда СО "Адриатик"  от  ответственности  по
   данному иску  освобождено,  так  как судом установлено,  что ни от
   истца, ни от АО "Промышленно-финансовая компания" страховые взносы
   по договору  страхования  No.  2-ИФ  от  7 июня 1994 года между АО
   "Промышленно-финансовая компания" и СО "Адриатик" не вносились.
       Этим же  решением  суд удовлетворил исковые требования истца к
   АО "Промышленно-финансовая компания",  исходя из  обязательств  по
   договору займа, заключенному между ними.
       Следует отметить,  что значительное количество дел рассмотрено
   судами по искам,  предъявленным одновременно к двум ответчикам: об
   исполнении договора,   по   которому  истец  является  стороной  в
   договоре (кредитором),  и  об  исполнении   договора   страхования
   ответственности должника.
       Совместное рассмотрение  в  одном  производстве  таких   исков
   представляется спорным.
       Так, по  требованиям  об  исполнении  договора  инвестирования
   страховщик не может быть ответчиком,  а по требованиям о взыскании
   страхового возмещения  ответчиком  не  может   быть   должник   по
   основному обязательству (страхователь).
       Кроме того,  если признать лицо, назначенное страхователем для
   получения страхового вознаграждения,  имеющим право требования, то
   страхователь должен быть привлечен к участию  в  деле  в  качестве
   третьего лица, а не ответчика.
       Если право требования  по  договору  страхования  остается  за
   страхователем, спор  о  выплате  страхового возмещения между двумя
   юридическими лицами подлежит рассмотрению в арбитражном суде.
       В качестве  примера  договорной ответственности можно привести
   дело по иску П.  к страховому обществу  "Гольфстрим"  о  взыскании
   страхового возмещения.
       Истец обратился в суд с иском к СО  "Гольфстрим"  о  взыскании
   страхового возмещения  в  сумме 1 млн.  рублей,  указывая,  что он
   заключил договор займа с фирмой "Фин-форт-трейдинг".  Его займ был
   застрахован   фирмой   "Фин-форт-трейдинг"  в  страховом  обществе
   "Гольфстрим",  о чем ему выдан  страховой  полис.  Фирма - заемщик
   обязательств  не  выполнила,  поэтому  истец  просил взыскать с СО
   "Гольфстрим" страховое возмещение.
       Возражая против предъявленного иска,  ответчик ссылался на то,
   что договор страхования не  вступил  в  силу,  так  как  страховые
   взносы фирма   "Фин-форт-трейдинг"   в   пятидневный   срок  после
   заключения договор не перечислила.  В соответствии  же  с  п.  4.1
   Генерального договора   страхования   ответственность  страховщика
   наступает только    после    выполнения    страхователем     своих
   обязательств, установленных  п.  3.2.5  договора,  то  есть  после
   перечисления страховщику страхового платежа в размере 8  процентов
   от страховой  суммы  в  течение  пяти дней после выдачи страхового
   полиса.
       Суд признал   доводы   ответчика   несостоятельными,  так  как
   договором страхования,    заключенным    СО     "Гольфстрим"     с
   "Фин-форт-трейдинг" (п.  5.1),  предусмотрено,  что  он вступает в
   силу с момента подписания.
       Далее суд  в  решении  указал,  что  после заключения договора
   первые страховые взносы от страхователя в  течение  пяти  дней  не
   поступили, а  ответчик  не  выяснил причины непоступления взносов,
   не принял своевременных мер к  расторжению  договора  страхования,
   что позволило  фирме "Фин-форт-трейдинг" выдавать страховые полисы
   от имени СО "Гольфстрим", не внося страховые взносы.
       Таким образом,   суд  пришел  к  выводу  о  том,  что  договор
   страхования, на  основании  которого  истцу  был  выдан  страховой
   полис, вступил  в  силу  в  момент  подписания  и  ответчик обязан
   выплатить истцу страховое возмещение.
       Данный вывод суда представляется спорным.
       Хотя договором страхования и предусмотрено,  что он вступает в
   силу с  момента  подписания,  однако  у  страховщика  не  возникло
   обязанности  по  выплате страхового возмещения,  так как  согласно
   ст. 15  Закона  РФ  "О  страховании"  договор страхования является
   возмездным.
       Обязанности по уплате страховых взносов в сроки,  определенные
   договором, страхователем  не  выполнены,  поэтому  независимо   от
   причин неуплаты  страховых  взносов  у  суда не выло оснований для
   возложения ответственности на  СО  "Гольфстрим"  и  удовлетворения
   иска П. о взыскании страхового возмещения.
       Интересно дело по спору,  вытекающему  из  отношений  двойного
   страхования.
       Решением  Головинского  межмуниципального   суда   Москвы   от
   10 марта  1994  года  удовлетворен  иск  государственной страховой
   фирмы "Стинвест" к С. о взыскании 786 тыс. 939 рублей.
       По делу   установлено,  что  ответчик  является  собственником
   машины ВАЗ-21033,  которая была им застрахована  в  двух  филиалах
   страховой фирмы "Стинвест",  а также в страховой компании "Аско" и
   Российской транспортной компании.
       В связи  с  угоном  машины все страховщики выплатили ответчику
   страховые возмещения в сумме 1 млн.  814 тыс.  753 рублей,  из них
   786 тыс. 939 рублей - ГСФ "Стинвест".
       При разрешении данного дела суд руководствовался ст. 107 Основ
   гражданского законодательства   и   п.  2  ст.  10  Закона  РФ  "О
   страховании", согласно которым если страховая сумма, объявленная в
   договоре,  превышает  действительную   стоимость   застрахованного
   имущества, договор является недействительным в той части страховой
   суммы, которая превышает стоимость имущества.
       Однако применение указанных норм  Закона  является  ошибочным,
   так как  спорные отношения регулируются п.  3 ст.  10 Закона РФ "О
   страховании", согласно которому в том случае,  когда  страхователь
   заключил    договоры    страхования    имущества   с   несколькими
   страховщиками на сумму,  превышающую в общей  сложности  страховую
   стоимость имущества  (двойное страхование),  страховое возмещение,
   получаемое им от всех страховщиков по страхованию этого имущества,
   не  может  превышать  его страховой стоимости.  При этом каждый из
   страховщиков   выплачивает   страховое   возмещение   в   размере,
   пропорциональном  отношению  страховой  суммы  по  заключенному им
   договору к общей сумме  по  всем  заключенным  этим  страхователем
   договорам страхования указанного имущества.
       С учетом изложенного суду надлежало привлечь к участию в  деле
   всех страховщиков  и  разрешить спор в соответствии с требованиями
   п. 3 ст. 10 Закона РФ "О страховании".
       В соответтсвии  со ст.  20 Закона РФ "О страховании" страховая
   выплата осуществляется страховщиком  в  соответствии  с  договором
   страхования или  законом  на  основании  заявления  страхователя и
   страхового акта.
       В качестве  примера  договорной ответственности можно привести
   дело по иску Б.  к страховой компании "Аско" о выплате  страхового
   возмещения.
       16 декабря  1992  года  фирма  "Предекс-импорт-экспорт ЛТД"  в
   интересах Б.  заключила с СК "Аско" договор страхования автомашины
   сроком с 5 января 1993 года по 5 января 1994 года.
       17 мая  1993  года застрахованный автомобиль был угнан,  о чем
   страховщик был поставлен в известность лишь 24 мая 1993 года.
       Истец Б.  предъявил  иск  к  СК  "Аско"  о  выплате страхового
   возмещения в размере 10 тыс. долларов США.
       Ответчик иск не признал.
       Решением  Никулинского  межмуниципального  суда  г. Москвы  от
   9 ноября  1994  года  иск  удовлетворен  частично и в пользу истца
   взыскано страховое возмещение в сумме 5 тыс. долларов США.
       При разрешении  дела  суд  пришел  к выводу о нарушении истцом
   требований п.  9.1 Правил страхования за  свободно  конвертируемую
   валюту автотранспортных  средств  и  гражданской  ответственности,
   принятых СК "Аско",  согласно которому при наступлении  страхового
   случая страхователь  обязан  незамедлительно  сообщить  в "Аско" о
   происшествии.
       В соответствии  с п.  11.5 указанных Правил "Аско" имеет право
   полностью или частично уменьшить сумму страхового возмещения, если
   страхователь или  его  доверенное  лицо не выполнили обязанностей,
   предусмотренных условиями  Правил,  при   наступлении   страхового
   случая.
       В связи с изложенным СК "Аско" отказала по данному  страховому
   случаю в выплате страхового возмещения,  однако суд при разрешении
   спора с   учетом   конкретных   обстоятельств    счел    возможным
   удовлетворить требования  истца о взыскании страхового возмещения,
   снизив его размер на 50 процентов.
       Результаты обобщения   показали,   что   рассмотрение  дел  по
   требованиям, вытекающим из регрессных обязательств,  трудностей  у
   судов не вызывает.
       По делам  данной  категории  представляет   интерес   суждение
   Никулинского суда  г. Москвы,   высказанное   относительно   учета
   просрочки кредитора при разрешении дела по иску СК "Аско" к  М.  о
   возмещении ущерба.
       15 октября  1992  года  в  результате   автодорожной   аварии,
   происшедшей по   вине   ответчика   М.,   застрахованной   машине,
   принадлежащей Обухову, были причинены механические повреждения.
       По договору   страхования  истец  выплатил  Обухову  страховое
   возмещение в размере 3 млн. 174 тыс. 560 рублей.
       СК "Аско"  предъявила  иск  к М.  о возмещении ущерба в сумме,
   исчисленной из валютного курса на момент рассмотрения дела судом.
       Решением Никулинского  суда  г.  Москвы от 5 декабря 1994 года
   иск удовлетворен в сумме 4 млн. 174 тыс. 560 рублей.
       В решении указано,  что требование о перерасчете суммы иска на
   момент вынесения  судом  решения   суд   считает   необоснованным,
   поскольку в  данном случае истец обратился с исковыми требованиями
   к ответчику лишь в октябре 1994 года,  хотя  выплаты  по  договору
   страхования   произведены   в   апреле   1993   года.   При  таких
   обстоятельствах  ответчик  не  может  нести   ответственность   за
   несвоевременное предъявление исковых требований.
       С данным выводом суда можно согласиться,  однако в  материалах
   дела имеется  направленная  ответчику 26 мая 1993 года претензия с
   требованием исполнения регрессного  обязательства  в  добровольном
   порядке (л. д. 6).
       При  обсуждении этого  вопроса  следует  принять  во  внимание
   ст. 406  ГК РФ,  согласно которой кредитор считается просрочившим,
   если  он  отказался  принять  предложенное  должником   надлежащее
   исполнение  или  не  совершил  действий,  предусмотренных законом,
   иными правовыми актами или договором либо  вытекающих  из  обычаев
   делового оборота  или  из  существа  обязательства,  до совершения
   которых должник не мог исполнить своего обязательства.
       Результаты обобщения показали, что одни суды по этой категории
   дел отказывали в удовлетворении требований о возмещении морального
   вреда, а другие принимали решения об удовлетворении таких исков.
       Истец В.  предъявил иск к "Росгосстраху" о взыскании страховой
   суммы и возмещении морального вреда, мотивируя требования тем, что
   является инвалидом второй группы вследствие участия в  работах  по
   ликвидации аварии на Чернобыльской АЭС,  а ответчик не выплачивает
   возмещение ущерба здоровью.
       При разрешении  дела  Тверской межмуниципальный суд г.  Москвы
   признал требования истца обоснованными на основании ст. 28  Закона
   РФ "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации
   вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС".
       Однако решением  суда  от  22  декабря  1994  года  в  иске  о
   возмещении морального вреда, причиненного неисполнением страхового
   обязательства, отказано.  Суд  в  решении указал:  в силу ст.  131
   Основ гражданского законодательства  моральный  вред,  причиненный
   гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем при
   наличии вины.  Вина ответчика в причинении истцу морального  вреда
   не установлена,  так как несвоевременность выплаты страховой суммы
   была вызвана непоступлением средств от финансовых органов.
       С учетом  доводов приведенного решения можно прийти к выводу о
   том, что суд не исключает возможности возмещения морального вреда,
   причиненного ненадлежащим  исполнением  страхового  обязательства,
   однако в данном случае в удовлетворении  требований  о  возмещении
   морального вреда отказал в связи с отсутствием вины ответчика.
       Другие суды полагают вообще неприменимыми нормы  о  возмещении
   морального вреда к страховым обязательствам.
       Так,  решением  Лефортовского межмуниципального суда г. Москвы
   от 1  ноября  1994 года П.  отказано в удовлетворении иска в части
   возмещения морального вреда по тем основаниям,  что  ни  договором
   страхования,  ни  Законом РФ "О страховании" возмещение морального
   вреда не предусмотрено.
       Если исходить  из характера и содержания страхового отношения,
   то страховщик,  обязанный к возмещению действительного  ущерба  за
   лицо, ответственное   в   его   причинении,  должен  возместить  и
   причиненный моральный вред.
       Однако в  соответствии  со  ст.  2  Закона  РФ "О страховании"
   страхование представляет собой отношения по  защите  имущественных
   интересов физических и юридических лиц. Это подтверждается и ст. 4
   Закона, согласно   которой   объектом   страхования   могут   быть
   имущественные интересы,    связанные    с    жизнью,    здоровьем,
   трудоспособностью страхователя или застрахованного лица.
       Вместе с  тем  гражданское  законодательство  (ст.  150 ГК РФ)
   жизнь и  здоровье  относит  к  нематериальным  благам,  одним   из
   способов защиты  которых  является в силу ст.  ст.  12,  151 ГК РФ
   компенсация морального вреда.
       Решением Калининского  суда г. Москвы  от  3 февраля 1994 года
   удовлетворен иск Ф. и Г. к страховой компании "Стерра" о взыскании
   страхового возмещения и компенсации морального вреда.
       Удовлетворяя требования о  возмещении  морального  вреда,  суд
   руководствовался ст. 131 Основ гражданского законодательства.
       Таким образом,  судебная практика по разрешению  требований  о
   возмещении морального  вреда  по  делам  данной категории выявляет
   многообразие мнений.
       По некоторым   делам   истцы   заявляли  также  требования  об
   индексации страхового  возмещения,  выплата  которого   ответчиком
   задержана.
       Ответ на этот вопрос дан Калининским судом г. Москвы в решении
   от  3  февраля  1994  года  по  делу по иску Ф.  и Г.  к страховой
   компании "Стерра" о взыскании страхового  возмещения,  компенсации
   морального вреда.
       Суд отказал  истцам  в удовлетворении требований об индексации
   суммы страхового возмещения,  указав,  что  страховые  выплаты  не
   относятся к числу объектов,  подлежащих индексации, в соответствии
   со ст. 2 Закона РФ от 24 октября 1991 года "Об индексации денежных
   доходов и сбережений граждан".

                               Судебная коллегия по гражданским делам
                                          Московского городского суда

   -----------------------------
   <1> -  Ведомости  Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета
   РФ, 1993, No. 2.
   <2> -  Ведомости  Съезда  народных  депутатов  РСФСР  и Верховного
   Совета РСФСР, 1991, No. 27.
   <3> -  Полный  перечень законов и иных правовых актов,  содержащих
   нормы, регулирующие  отношения   по   обязательному   страхованию,
   опубликован в журнале "Закон" (No. 4 за 1994 г., с. 16).
   <4> - Корчевская Л.  Стороны  и  форма  договора  страхования   //
   Закон, 1994,  No. 4; Шиминова М. Основы страхового права России. -
   М., 1993;    Гендзехадзе    Е.,    Мартьянова    Т.    Страхование
   ответственности риска непогашения кредита // Закон,  1994,  No. 4,
   с. 28-31.
    

Новости О суде Правовые основы Арбитражный процесс Арбитражная практика Документы
сделано в WebSoyuz